Латыши — коренной народ Восточной части Балтийского края. Сами себя латыши называют «латвиеши» (latvieši, latvji), что восходит к древнему названию крупнейшей этнической общности латгалов, сформировавшейся на землях будущей Латвии в I тысячелетии н. э. В русских летописях (XI-XIII) в перечне народов и племен предки латышей неоднократно упоминаются под именем «летигола».

В Балтийском крае со времен Средневековья господствовали немцы, потом шведы и поляки. По итогам Северной войны Шведская Ливония, переименованная в Лифляндскую губернию стала принадлежать Российской империи. В 1772 году Россия получила Двинскую, позднее переименованную в Витебскую губернию (юго-восточную часть современной Латвии — Латгалию), а с 1795 года (после раздела Польши) в состав империи вошла и Курляндская губерния . Новые западные губернии стали именоваться Остзейскими.

Долгое время (а особенно с 1668 года) слова «латыш», «чернорабочий» и «крестьянин» считались синонимами, но с 1819 года в этих губерниях стал действовать закон императора Александра I об отмене крепостного права (в центральной России – только в 1861году). Его приемники издали целый ряд сводов и распоряжений, облегчающих быт латышских крестьян и дающих возможность распространять между ними просвещение. Однако свободное переселение крестьянского сословия в другие губернии стало возможным лишь с 1850-х годов.

Первые латыши появились в Петербурге в конце
XVIII-го  столетия.

«Каждая национальность, даже самая маленькая, делает свой вклад в сокровищницу человеческого духа».

Проф. Д.Н. Овсянико-Куликовский

Но первые латыши появились в российской столице уже в конце XVIII века. В Петербурге и губернии в это время насчитывалось около полутора тысяч представителей латышской национальности . При Екатерине II на крестьян Остзейских губерний была распространена рекрутская повинность. После службы, срок которой составлял 25 лет, многие из них предпочитали оставаться в столице. По данным первой петербургской переписи, проведенной в 1869 году, из 3 тысяч проживающих в столице латышей 52% принадлежали к военному сословию. В 1890 г. в Петербурге насчитывалось уже около 5 тысяч представителей латышской национальности, а к 1910, согласно переписи, эта цифра составила 10,6 тысяч человек.

Часто приезжавшие в столицу латыши становились наемными рабочими в ремесленных мастерских. Хорошо владея немецким языком, они зачастую нанимались к немцам, посещали немецкие клубы, вступали в немецкие сообщества. Латышские крестьяне появились в Петербурге значительно позже – на рубеже XIX — XX вв. Женская трудовая миграция совсем была не характерна для Латвии. Что же касается латышей-латгальцев, то в конце XIX века они тоже стали в массовом порядке уходить на заработки в Петербург. Большей частью они были заняты на земляных работах, мощении улиц, строительстве железных дорог, на неквалифицированной работе на заводах.

Ближе к концу XIX-го века становится более доступным среднее и высшее образование. В учебных заведениях Санкт-Петербурга увеличилось количество латышских студентов. Многие латышские художники учились в Императорской Академии художеств в Петербурге, а видные латышские композиторы были выпускниками Петербургской консерватории, и сам Н. А. Римский-Корсаков покровительствовал им. Подавляющее большинство окончивших высшие учебные заведения Петербурга затем связывали с городом всю свою дальнейшую жизнь.

В конце XIX века начинают складываться национальные объединения латышей. Согласно архивным материалам, Устав первого латышского благотворительного общества был утверждён министром внутренних дел Российской империи А. Г. Тимашевым 12 октября 1878 года. Оно называлось «Петербургское латышское благотворительное общество» . Цель Общества – «доставление средств к улучшению нравственного и материального состояния бедных латышей, проживающих в Санкт-Петербурге» (Устав, 1 параграф, часть I).

Это старейшее латышское Общество просуществовало до 1914 года. Оно имело следующие отделения:
научно-литературное, общественно-экономическое, при нём также работала Рекомендательная комиссия, располагавшаяся на Подольской ул., 2. Само Общество сначала обосновалось на 8-й линии В.О., затем переехало на Загородный проспект, 62-64. При нём было создано Общество потребителей (1897 г.). Председателями в разное время были: Д.Я. Пельц, И.Ф. Фридман, тов./пред. О.И. Равиг, проф. И.И. Витоль, А.Ф. Вейдеман.

Вслед за этим обществом появляются и другие: Петербургская латышская ссудно-сберегательная касса (1872), Товарищество латышского общества взаимного вспоможения, в 1909 году переименованное в Латышское общество в Санкт-Петербурге ,  Латышское музыкальное собрание, Общество образования «Жизнь» , Латышское певческое общество (1908) и мн. др. Возникшие общества старались способствовать сохранению и развитию латышской культуры вдали от родины. Нередко на их базе работали библиотеки и читальни, молодёжные кружки, театральные кружки, хор. Многие общества устраивали публичные лекции, чтения, дискуссии, курсы научного, общеобразовательного и нравственно-воспитательного характера, литературно-музыкальные вечера и концерты.

Янис Райнис и Петерис Стучка в конце XIX века организовали Кружок латышских студентов Петербургского университета для изучения истории латышей и общественного строя Латвии. Кружок просуществовал до начала XX-го века.

Но в студенческих кругах наиболее знаменитым становится
«Rūķis»
– петербургский «прогрессивный» кружок латышских студентов различных учебных заведений, который возник на рубеже 1880-х и 1890-х годов
(точный год ныне неизвестен) и просуществовал до 1910 года.

Главным образом в
«Rūķis» входили латышские студенты и выпускники
Санкт-Петербургской Императорской Академии художеств, Центрального училища технического рисования барона Штиглица (ныне Санкт-Петербургская художественно-промышленная академия имени А. Л. Штиглица) и Петербургской консерватории, а также жившие в Петербурге латышские художники.

В буквальном переводе с латышского «Rūķis»  означает «Гном». Название для кружка выбрано отнюдь неслучайно, поскольку гномы, эти сказочные существа, незаметно, но упорно трудятся в недрах земли или под горой, раскапывая сокровища, клад своей земли, а после охраняют их. 

Так и участники кружка интересовались этнографией, фольклором и латышской историей, будто своей деятельностью добывали удивительные народные сокровища. 
Своей главной целью  кружковцы ставили развитие и популяризацию национального латышского искусства, подготовку национально ориентированных, современных и профессиональных деятелей искусства.

Идейным вдохновителем, идеологом и руководителем кружка «Rūķis» был Адам Эдуард Алкснис (1864-1897), блестящий рисовальщик и живописец, приверженец реализма в искусстве, студент Академии Художеств.

Глубокие теоретические знания, а также интерес к современному искусству и определили его главную роль в деятельности кружка.

Участники кружка устраивали выставки в Санкт-Петербурге и Риге, проводили публичное чтение рефератов, устраивали дискуссии. Заметным явлением общественной и культурной жизни тех лет стала художественная выставка, открытая в 1896 году в Риге как часть экспозиции этнографической выставки Латвии,
приуроченной к Х Всероссийскому съезду археологов.
Фактически эта выставка ознаменовала рождение латышской национальной живописи.

Среди участников кружка в разные годы были: студенты и выпускники Императорской академии художеств в Санкт-Петербурге: Вильгельм Пурвитис, Янис Тилбергс, Янис Валтерс ;

Центрального училища технического рисования барона А. Л. Штиглица – Эдуард Бренценс, Карлис Бренценс, Буркард Дзенис, Янис Куга, Юлий Мадерниекс, Густав Шкилтерс, Теодор Залькалнс, Рихард Зариньш, Рудольф Пельше, Юлий Страуме

Санкт-Петербургской консерватории – Эмил Дарзиньш, Петерис Пауль Йозуус, Андрей Юрьянс, Альфред Калниньш;

живущие в Санкт-Петербурге латышские художники: Артур Бауманис, Петерис Балодис, Рудольф Перле, Эрнест Зивертс.

Середина-вторая половина XIX века, а конкретнее – в 1850-1870-е годы, стала временем появления и активной деятельности первого поколения латышской интеллигенции. В середине XIX века были заложены основы латышской национальной культуры: к этому времени начинает развиваться латышская периодика, образование, шло формирование современного литературного языка, изобразительного искусства. В это время в латышской среде появляются интеллектуалы, деятельность которых связана с младолатышским движением (jaunlatvieši) – первым национальным «пробуждением». И хотя название было образовано по образцу движения Молодая Германия, руководимого Генрихом Гейне, и деятельность младолатышей преимущественно распространилась в культурно-литературной плоскости, она имела значительные политические последствия.

Первые центры латышской культуры формировались за пределами Латвии и Риги. Одно из основных течений народного «пробуждения» сначала было сосредоточено в Дерпте (Тарту), но позже «переехало» и долгое время вело активную деятельность в Санкт-Петербурге, где многие представители русской интеллигенции открыто симпатизировали младолатышскому движению. В 60-е годы именно Петербург становится средоточием латышской культуры.

В Петербурге издавалась газета
«Pēterburgas Avīzes».

«Pēterburgas Avīzes» была «нашим первым свободным и независимым словом».

Alfreds Goba

С 1862 по 1865 год в столице начинает выходить латышское периодическое издание «Pēterburgas Avīzes» («Петербургские ведомости»), где отстаивались интересы коренного населения Балтийского края. «Pēterburgas Avīzes» превратилась в главную трибуну распространения идей национального движения, поскольку ранее выполнявшая эту функцию рижская прогрессивная газета «Mājas Viesis» («Гость дома» (1856), главным редактором которой был первый в истории писатель латышской национальности Ансис Лейтанс , под давлением немецкой Риги, вынуждена была сменить свой курс и перестала печатать представителей младолатышского движения.

Издателем «Pēterburgas Avīzes» стал духовный лидер младолатышей Кришьянис Валдемарс (1825-1891), первым редактором – первый значительный латышский филолог и создатель литературного языка, переводчик и автор современного правописания слова «Латвия» Юрис Алунанс (1832-1864), а затем фолклорист Кришьянис Баронс (1835-1923), систематизировавший огромную коллекцию латышских народных песен – дайн.

В газете печатались исторические, политические, культурные обзоры на латышском языке. Издаваясь в Санкт-Петербурге, она переправлялась в Лифляндскую губернию, где завоевала огромную популярность, у неё было 4 тысячи подписчиков, что обогнало и «Latviešu Avīzes» («Латышская газета»), и «Mājas Viesis».

Однако жалобы со стороны балтийских немцев привели к тому, что газету закрыли. За несколько лет был выпущен 131 номер и 55 различных приложений к газете, например, таких как «Dzirkstele» («Искра»).

Возрождение газеты в 1901 году связано уже с именем выдающегося классика латышской литературы,
создателя значительных драматических произведений, заложивших основу латышской реалистической бытовой драмы,
Рудольфа Блауманиса (1863-1908).

В 1901 году Блауманис отправляется в Петербург, поскольку в столице требовался опытный газетчик и предлагался твёрдый заработок: там как раз затеяли издание новой латышской газеты.

Её издатель Оскар Равиньш, чтобы прослыть у читателей «прогрессивным»,
решил назвать своё будущее издание «Pēterburgas Avīzes», что напоминало бы о газете, запрещённой 40 лет назад.
В действительности у этих газет общее было только